Государственное автономное учреждение Московской области
«Центральное лесохозяйственное объединение»

02.12.2015

Лесные пожары в истории России

Чем дальше мы смотрим в прошлое, тем меньше достоверных сведений мы видим, тем меньше сохранилось письменных источников и летописей. Но через все сохранившиеся летописи, через хроники и записки дипломатов и путешественников огненной нитью проходит история лесных пожаров.

Засухи, как правило, сопровождаемые лесными пожарами, повторяются с периодичностью в три-пять лет, охватывая отдельные районы. Реже бывают катастрофические засухи, охватывающие целые регионы и страны – память о таких засухах сохраняется в течение многих лет и даже столетий. И каждая засуха сопровождается лесными пожарами – чем суше погода, тем больше пожаров, тем больше площадь пройденная огнем и скорость его распространения.
Сейчас сложно говорить о более ранних периодах истории Руси, с принятием христианства все дохристианские письменные источники были планомерно уничтожены, но уже в первых русских летописях, сохранившихся до наших дней, мы встречаем упоминания о катастрофических засухах и лесных пожарах 994, 1042, 1092 годов. О засухе 1092 года в Никоновской летописи сказано: «В се же лето вёдро бяше яко изгораше земля, и мнози боры возгорахуся сами и болота…» - «В тот год было такое бездождие, что загоралась земля, и многие леса загорались сами и болота…».  Много сказано в летописи и о засухах двенадцатого века, в 1124, 1145, 1161 и 1198 годах, когда горели многие города, «…хлеб не родил… и в людях была скорбь и печаль великая…».

Здесь необходимо учитывать своеобразный подход средневековых летописцев к оценке важности событий: летописец мог тщательно описать одежду и состав свиты приехавшего из соседнего княжества воеводы, описать все блюда на княжьем пиру  и при этом не упомянуть  катастрофическую засуху или же «очень мокрое» лето в том же княжестве, не упомянуть про набег на соседнее княжество кочевников или другое значимое событие. Кроме того, далеко не все новости доходили до историографа, способного их запечатлеть в летописном своде – обмен информацией был достаточно скуден и обрывочен. Поэтому лесные пожары попадали в летопись только в том случае, если происходили непосредственно на глазах у автора летописи или имели такой значительный масштаб, что рассказы о них передавались из уст в уста. Но если уж лесные пожары отражены в летописи – значит, их масштаб был весьма значительным.
Однако о засухах и лесных пожарах в летописях упоминается регулярно – в Суздальской летописи за 1223 и 1298 года прямо указывается на вызванные засухой пожары в лесах и на болотах. Особенно много засух отмечается в летописях XIV – XVIII веков, когда засушливые годы следовали то один за другим, то с небольшими промежутками. Так, например, после сильной засухи 1325 года следующие упоминание о засухе относится уже к 1330 году, а затем – и к 1332 году, когда снова «…засуха была великая на Русской земле…и голод был велик…». Исключительно сильные и частые засухи отмечались летописцами в 60-70 годах XIV века.Особенно катастрофичной была засуха 1371 года – как говорится в Никоновской летописи, «…бысть сухмень велика по всей земле, и реки многи пересохша, и озера, и болота; а лесу и боры горяху…». По словам летописца, затемнение солнца и марево на земле были при этой настолько велики, что «… за едину сажень пред собой не видети человецы лицом ударяхуся…». О подобном говорится и в Новгородской летописи за 1384 год: «…сильная мгла продолжалась много дней и ночей, птицы не видели куда лететь и падали на землю, а люди не решались ездить по озерам и рекам…». Естественно, что все эти засухи и пожары закономерно влекли за собой голод и многочисленные смерти – «…был глад и мор великий…».

Наиболее сильной засухой из отмеченных в русских летописях XV века была, судя по всему, засуха 1430-1431 годов, когда «земля и леса горели и было очень много дыма…», от которого «..звери и птицы, и рыбы в воде умирали, а люди очень страдали и умирали…». Вероятнее все же, что люди умирали от голода, ибо «голод был сильный по всей земле Русской…», а рыба погибала от обмеления рек и перегрева. Сходными по масштабам были и последствия от засухи 1471 года, охватившей всю Русскую равнину и длившейся все лето.

Наиболее сильные засухи, сопровождавшиеся лесными пожарами, отмечены летописцами в 1508, 1525, 1533, 1560, 1575, 1643, 1660, 1680, 1691 и 1696 годах. В летописях не говорится о сгоревших деревнях и поселках, о числе погибших людей – такие «мелочи» в летописях обычно не упоминались. Но сам факт упоминания пожаров в летописи говорит о значительных масштабах события.

Так как в XVIII веке летописи уже не велись, информация о засухах  сохранилась главным образом в различных исторических документах. Известно письмо русской императрицы Анны Иоановны генералу Ушакову, датированное 1735 годом, в котором говорится, что в Петербурге «…так дымно, что окошка открыть нельзя, и все от того, что по прошлогоднему горит лес… и уже горит не первый год».  Имеются сведения, что этот  засушливый период продолжался шесть лет – с 1732 по 1737 год. По свидетельству профессора А.В. Тюрина, значительный засушливый период наблюдался и в следующем десятилетии, сопровождавшийся опустошительными пожарами в Брянских лесах. Опустошительная засуха, сопровождавшаяся неурожаем и голодом в 16 губерниях, отмечена и в 1780-1781 годах. А уже в 1796 году на европейской территории России снова начинается губительная засуха, продолжающаяся три года.

В XIX веке наиболее сильные засухи на территории Европейской России отмечались в 1833-1834, 1840, 1848, 1859, 1865, 1876, 1881-1883 и 1890-1892 годах. Все они сопровождались сильными лесными пожарами.

С появлением в XIX веке массовых газет и журналов сообщения о пожарах начали публиковаться и в них. По сообщениям газет, в 1876 году леса горели в Новгородской, Тверской и Петербургской губерниях, в Карелии и многих районах Сибири. В 1881-1882 годах леса горели на Урале, в Западной Сибири и на Дальнем Востоке, в Крыму, на Кавказе, в ряде губерний Центральной России и европейского севера России. В 1890-1892 годах сильные лесные пожары зафиксированы в центрально-черноземных губерниях, на Брянщине, в Среднем Поволжье и опять на Урале. В этот период особо отмечается высокая горимость лесов, рассеченных железными дорогами – верятно, это связано с искрами, вылетающими  из паровозных труб, что было обычным явлением. При этом продолжительность лесных пожаров исчислялась месяцами – их никто не тушил, и потому они горели до тех пор, пока не гасли по естественным причинам. В 1876 году в окрестностях Благовещенска лесной пожар не утихал с ранней весны до поздней осени, а в Мезенском уезде Архангельской губернии в 1881 году леса горели почти все лето. В окрестностях города Луга лесной пожар, начавшись в середине августа, прекратился только во второй половине октября – по причине наступления осенней непогоды. Газеты сообщаи тогда о сильном задымлении, мешавшем не только речному судоходству, но и движению по железной дороге.

Засушливые годы с обширными лесными пожарами наблюдались на территории Центральной России и Сибири и в начале XX века. Сообщалось, что в 1901 году леса в окрестностях Иркутска горели «на протяжении 300 – 400 верст», а в 1908 году леса вдоль Транссиба горели на всем протяжении от Красноярска до Томска. В 1910 году сильные пожары прошли по территории российского Дальнего Востока осенью, и то же самое повторилось там следующей весной, в 1911 году. В 1912-1914 годах от сильнейших пожаров пострадали леса северных и центральных губерний европейской части России, а в 1915 году пожарами была охвачена вся Средняя Сибирь – общая площадь пожаров оценивается как минимум в 12,5 миллионов гектаров. Горело так, что сообщения о лесных пожарах появлялись в газетах даже во время Первой Мировой войны.

Для этой части истории человечества характерно, что люди страдали от лесных пожаров, зачастую являясь их причиной – отмечена повышенная горимость лесов вдоль железных дорог, но при этом никаких мер по борьбе с лесными пожарами в этот период не предпринималось.

Начали бороться с лесными пожарами уже при советской власти, в 1930-х годах, когда появились необходимые технические средства и понимание значимости этой борьбы.



© ГАУ «Центрлесхоз» 2010-2017 
Телефон: 8(499) 429-05-94 
E-mail: centrleshoz@mosreg.ru